Беседы с психологом

ЛЖЕЦ, ЛЖЕЦ!

Стоит ли говорить любимому человеку всю правду

Его карманы – скопище тайн: разномастные квитанции, счета, справки, и выглядят они крайне подозрительно! Его мобилка хранит сотни секретов – чего стоит одна лишь смс-ка «Не бойся. Все обошлось»! В его глазах плещутся озера невысказанных историй и скрываемых приключений. И что теперь с этим всем делать, спрашивается? Неужели я никогда ни о чем не узнаю?! Так же можно и лопнуть от любопытства!

Как вести себя, если муж признался в обмане? Почему ложь из-за денег труднее перенести, чем ложь, связанную с изменой? Синонимы ли «прозрачные» и «благополучные» семьи? Ответы ищут Татьяна ПЕТКОВА и доктор психологических наук, практикующий психотерапевт Александр БОНДАРЕНКО.

Татьяна Петкова: Недавно чаевничали с приятельницами, и я наблюдала прямо-таки столкновение мировоззрений. Одна то и дело звонила мужу, спрашивая, где он находится и что намеревается делать в ближайшие часы. Попутно она подробно докладывала, где, с кем находится, что есть и пьет. Вторая подруга потрясенно прокомментировала: «Ну и нравы в вашей семейке! Вы что, подследственные друг у дружки?» Первая стала оправдываться, вторая презрительно усмехалась – а я записала на салфетке новую тему нашей с вами беседы. Александр Федорович, у вас – большой опыт психотерапевтической практики. Такой критерий, как прозрачность или непрозрачность супружеских отношений, о чем говорит?

Александр Бондаренко: А нет готового вывода вроде «это хорошо» или «это плохо». Так устроена действительность, что видимость не всегда равна сущности. То, что мы видим, вовсе не раскрывает суть явления, предмета или человека. Вот пример: больше ста лет назад открыли рентгеновское излучение. Мы смогли увидеть человеческие внутренности – однако разве стала понятней человеческая сущность? Прозрачное не значит понятное, а непрозрачное не означает, что оно что-то скрывает. То есть, я хочу сказать, что прозрачность отношений между мужчиной и женщиной семье не является признаком любви и благополучия, не раскрывает сущности этой пары. Из ответа на вопрос супружеской паре: «Как много вы знаете друг о друге?» нельзя сделать вывод о качестве их отношений. Скажу даже так: прозрачность личности – отнюдь не признак высокого качества человека и его отношений с другими людьми.

Что касается моего опыта консультирования, то в самом начале психотерапевтической практики меня поражали вот какие случаи (сейчас я уже к ним привык): например, жене нужно пройти курс психотерапии, а муж приходит и садится рядом. И сеанс проходит так, словно женщине не тридцать пять, а от силы семь. Это ведь условие детской психотерапии: если на приеме маленький, то обязательно присутствие мамы или папы. А теперь представьте картину: сижу я, напротив – взрослая пациентка, а муж спрашивает «Можно, я тоже с вами побуду?» Знаете, о чем это говорит? О том, что в данной семье есть проблема принудительной открытости – а это источник постоянных конфликтов. Так что призывать мужчину и женщину культивировать прозрачные отношения я бы не стал: это не залог сохранения любви и гармонии.

Т.П.: И, тем не менее, мы с вами знаем семьи, в которых друг другу рассказывают буквально о каждом своем шаге, и я могу назвать эти отношения гармоничными – во всяком случае, то, что я знаю об этих людях, позволяет мне сделать такой вывод. Может, все дело в потребности конкретных людей делиться или не делиться подробностями своей жизни с мужем или женой?

А.Б.: Давайте поразмышляем, откуда такая потребность берется.Во-первых, играют важную роль личностные качества супругов, по крайней мере, одного из них – если это экстравертные, открытые люди, у них выражена потребность в прозрачных отношениях. Во-вторых, стиль супружеских отношений нередко формируется под влиянием родительских традиций: например, если в семье мужчины было принято обо всем рассказывать, то, став мужем, он будет таким же открытым и в своих личных отношениях, требуя того же и от жены. И наоборот. В-третьих, надо учитывать модель супружества. В семейной психологии рассматриваются три основных модели супружеских отношений. Первая: мужчина и женщина оба взрослые – в смысле зрелые, самостоятельные личности. Вторая модель: один супруг – «ребенок», а второй – «родитель». Третья: и муж, и жена - оба «дети». Так вот, в первой модели отсутствует потребность в прозрачности отношений, поскольку оба супруга уважают психологические границы друг друга и неприкосновенность своей территории. Во второй модели обязательно проявляется функция контроля одного из супругов над другим – «родителя» над «ребенком». «Ну, где ты была, рассказывай!», «Как ты выступила на совещании, что сказала боссу?» - вот примерный стиль общений в такой семье. У одного – потребность дознаваться, у второго – потребность докладывать (а иногда и признаваться). В третьей модели мужчина и женщина попеременно докладывают друг другу о каждой мелочи из своей жизни, словно меняясь ролями «родителя» и «ребенка».

Т.П.: А как складываются эти роли? Изначально один в паре был родителем, а второй ребенком, или же эта «специализация» сформировалась на протяжении лет?

А.Б.: Об этом в свое время замечательно написал Эрик Берн. Возможны оба варианта, но чаще всего эти роли определяются неразрешенными во время кризисами личностного взросления. И еще вот какой нюанс: если муж и жена привыкают друг к другу за много лет, они становятся как бы родственниками. Помните у Вознесенского: «Не ссорьтесь, она вам родная. Безумие – с ней расставаться. Однако…»? С эмоциональной точки зрения стать как бы родными вроде бы хорошо. С точки зрения здравого смысла это невозможно. А с точки зрения психологии признать мужчину или женщину родным человеком означает автоматически встроить его или ее на место отца или матери, что нередко приводит к не очень хорошим последствиям. Например, к разрушению гармоничных интимных отношений – ведь инцест табуирован уже десятки тысяч лет. Или к тому, что дети в такой семье перенимают сценарий отношений мамы и папы и во взрослой жизни ведут себя точно так же, вызывая недоумение, а то и сопротивление своего любовного партнера. Так что диалектика здесь сложна…

Т.П.: По-моему, это же так здорово: знать, что вы с этим мужчиной родные существа!

А.Б.: В том-то и загвоздка, что мы нередко совершаем эту психологическую ошибку, полагая, что наши мужья и жены должны вызывать в нас родственные чувства. Но в отношениях мужчины и женщины близость по крови и по любви – разные чувства. Психологический парадокс: чем больше мы воспринимаем супруга как родственника, чем больше дружеских чувств он в нас вызывает, тем меньше любовной игры, страсти, сексуального желания в браке. Родной, «свой в доску» муж воспринимается женщиной на подсознательном уровне, как папа, брат, друг – но не как любовный партнер. А у мужчин эта перемена отношений происходит вообще мгновенно: как только жена становится родным человеком, «мамочкой», у мужа просыпается тоска по женщине, ведь отношения мужчина –женщина вовсе не отношения мама - мальчик. Мужчине нужна женщина, ибо иначе он и не чувствует себя мужчиной.

Т.П.: Александр Федорович, наверняка вы в своей практике встречались с таким стилем отношений, как «поиск компромата». Я знаю одну пару, в которой муж выведывает у жены мельчайшие подробности: где была, кто звонил, с кем переписывается на «Одноклассниках», а потом во время ссор использует эти знания как обвинительную речь. При этом я поражаюсь жене: она охотно продолжает докладывать мужу о своей жизни. Но зачем мужу знать эти пустячки, если он так болезненно на них реагирует? Прямо мазохизм какой-то.

А.Б.: Вы затронули очень интересный аспект супружеских взаимоотношений. Есть здесь и простое авторитарное желание контроля. А есть и совсем другое. Поскольку брак – это договор быть вместе, то на подсознательном уровне у мужчины и женщины формируется, условно говоря, «контракт», в котором зафиксированы определенные ожидания от совместной жизни и – что очень интересно! – сроки расторжения или продления супружеского союза. Конечно, сознательно никто себе не говорит: «Вот пройдет пять-десять лет - и тогда мы посмотрим, продлевать контракт или нет». Но на подсознательном уровне такие ощущения (я не могу назвать их мыслями) присутствуют. Так вот, по истечении, предположим, десяти лет (сроки у каждого свои), в подкорке мужа или жены, а то и у обоих начинает мигать красная лампочка: разводиться или оставаться вместе и дальше? Повторяю, на поверхность психики этот вопрос всплывает далеко не всегда, только в тех случаях, когда имеются веские причины для недовольства браком. Во всех остальных случаях этот вопрос даже толком не осознается. Однако подсознание принуждает нас делать выбор, искать подтверждение тому или иному решению. И если, к примеру, муж склоняется к тому, что «контракт» лучше расторгнуть, он начинает искать причины для этого. Он же не может честно признаться сам себе: «Я разлюбил свою жену и хочу развестись». Вместо этого ему требуются аргументы, почему жена плохая и жить с ней дальше не стоит. И тогда такой супруг выбирает тактику принудительной открытости: провоцирует вторую половину на откровенность, заставляет ее рассказывать о своей жизни буквально почасово, копается во всех связях жены, деловых и приятельских. И в результате находит «компромат», который позволяет ему разгневаться и заявить: «Все, нашим отношениям пришел конец!» Если, конечно, отбросить простое обстоятельство, что муж – попросту, как выражались раньше психиатры, «паранойяльный психопат».

Т.П.: Представляете, как мы сейчас переполошим те пары, где детально интересоваться жизнью друг друга – обычное дело? Мы же у них паранойю вызовем, каждый будет думать: а с чего это вдруг муж или жена меня так пристально расспрашивает? Никак развестись надумал?

А.Б.: Неужели наши читатели столь наивны? Спешу заверить вас и читательниц, что почтения и восхищения заслуживают те пары, где внутренний мир мужа и жены – открыт друг для друга. Если это семейная традиция, и она никому не доставляет психологического дискомфорта, то в чем проблема? Мы же разбираемся в нюансах, или не так? Помню, однажды я разговорился с одной американкой, специалистом по управлению человеческими ресурсами. Она сказала: «Не знаю, как у вас, а у нас сейчас в отношениях очень популярен принцип открытости. Думаю, сказалось влияние тренингов – американцы их очень любят и участвуют в них и по необходимости и без таковой. И что же? Приходит вчера мой муж домой и докладывает: «Ты знаешь, я целовался с Мирандой, это моя коллега. Так получилось: была корпоративная вечеринка, мы выпили…» А я стою и не понимаю: зачем он все это мне говорит?! К чему эти признания, что теперь я должна делать – порадоваться за него или обидеться? Если бы он сказал, что разлюбил, это понятно, это катастрофа, надо думать, как действовать дальше. А так он говорит: «Я целовался с коллегой, но это чепуха, не обращай внимания». Если чепуха – то зачем об этом вообще говорить?» И мы с ней пришли к выводу: что годится для тренинговой работы, вовсе не всегда применимо в реальной жизни. Не стоит путать искусственные ситуации с реальностью.

Т.П.: Однажды моя собеседница рассказывала, как случайно рылась на антресолях и нашла чемодан со старыми фотографиями мужа (а он старше ее на 17 лет). Открыла, увидела несколько снимков, на которых муж – с какими-то женщинами, потом, преодолев искушение, захлопнула и засунула вглубь антресолей. Какой мужественный поступок, однако!

А.Б.: Да, мудрое решение! Судите сами: ее муж жил до встречи с вашей знакомой своей жизнью. И не их вина, что они встретились, когда у него за плечами уже довольно обширная «кредитная история». Если бы он решил сам посвятить ее в свою прежнюю жизнь – другое дело, да и в этом случае я, честно говоря, посоветовал бы вашей знакомой отказаться от этого знания. Ведь имеет значение лишь то, что происходит с вами и вашим любимым человеком в вашей жизни! Как-то, на заре распространения DVD, с одной моей пациенткой, назовем ее Ольгой, произошел похожий случай. Она прохаживалась по магазину, как вдруг подошел незнакомый молодой человек: «Вы такая-то?» И, услышав ответ, сунул ей в руки компакт-диск со словами: «Вам будет интересно». Ольга посмотрела диск и увидела своего супруга, развлекавшегося с девицами легкого поведения. Можете себе представить, как осложнилась ее супружеская жизнь. Забегая наперед, скажу, что семья сохранилась. Но не сделай Ольга этой ошибки, не было бы слез, ссор и прочих ненужных переживаний. Да, муж встретился с друзьями. А дальше – по дурацкому шаблону: баня, водка…Как говорится, есть, что вспомнить, да детям нечего рассказать. Что же получается? Ольге в руки незнакомец ткнул яд, способный отравить ее благополучие – и вместо того, чтобы выбросить яд куда подальше, она пошла на поводу у своего любопытства. Поймите меня правильно: я вовсе не поддерживаю поведение супруга. Я стою на том, что если один из двоих ошибся или дал слабину, другой просто обязан проявить верх выдержки и осторожности.

Т.П.: По-моему, в подобных случаях, когда мы оказываемся лицом к лицу с какой-то тайной, нами движет не только любопытство, но и страх: а вдруг там что-то такое очень важное, чего нельзя пропустить, что должно коренным образом изменить мою жизнь, даже порадовать, в конце концов?

А.Б.: И все же, вот какой нюанс мне представляется самыми существенным: если между супругами существует хотя бы толика доверия, не стоит впускать никого и ничего чужого в свою жизнь. Лучше оговорить все исключительно между собой, без всяких свидетельств и «наглядных пособий». Великий русский философ Михаил Михайлович Бахтин писал, что самое ужасное для человеческой личности, - это когда ее лишают права собственного голоса. Смерть, по Бахтину, - это «когда говорят за меня, а я уже ничего не могу сказать». Не стоит омертвлять живое.

Т.П.: Еще одна история. Муж моей приятельницы Марины признался, что три года назад обманул ее: сначала не сказал, что ему удалось получить земельный участок, а потом не сообщил о том, что он этот участок продал и деньги отдал брату – у того дела в бизнесе пошатнулись, требовалась помощь. А для того чтобы сделка состоялась, муж Марины под каким-то другим предлогом привел ее к нотариусу, и она подписала доверенность. Но муж долго носить в себе этот обман не смог – и признался. Самое интересное то, что когда Марина возмутилась, расстроилась, обиделась, муж заявил: «Я так и знал, что ты пожалеешь деньги, поэтому и не сказал тебе», но Марина уверяет, что ее обида касается не денег, а обмана. Сложная ситуация, на мой взгляд. Как бы вы могли ее прокомментировать?

А.Б.: Знаете, типичная неприятность с нашими мужчинами. Ты или делай и молчи, или, если не можешь молчать, не делай! Можно, конечно, попсихологизировать на тему. К примеру: невольно приходит на ум, что в отношениях мужа и жены нет достаточной степени доверия друг другу. Понятно, что если муж не сказал жене о своем решении, он думал: а) что она не разрешит отдать деньги; б) обидится; в) ей просто окажется не под силу такое переживание, она разнервничается; г) он растерялся. А можно сказать честно и прямо: слабак! В данном случае я на стороне жены – потому что она говорит не о деньгах, а об отношениях. Ей больно думать о том, что муж ей не доверяет…Но еще хуже, что муж не чувствовал в себе сил отстоять свою позицию! Между прочим, ситуации, подобные этой, женщинам гораздо тяжелее переносить, чем банные измены. Потому что в случае пошлой неверности мужа женщина может снисходительно подумать: «Ну ладно, все они одинаковы, загуляют, нашкодят – но все равно ведь домой приползают». Тут срабатывает как бы материнская позиция в отношению к набедокурившему пацану. Грубо говоря, отшлепать и простить. А когда речь идет об утаивании ресурсов семьи и брака, о манипулировании другой половиной в отношениях с официальными, т.е. внешними, чужими инстанциями – это чистой воды предательство. Даже если из малодушия. Давайте называть вещи своими именами.

Т.П.: А что является питательной средой для такого вот обмана – не связанного с внебрачными любовными приключениями? Наверное, родственники, проблемы с бизнесом, да?

А.Б.: Не хотелось бы размазывать ответ, как кисель по тарелке. Дескать, да, немало лжи в семейной жизни приходится на долю родственников, детей от предыдущих браков: например, муж скрывает от жены, что видится с дочерью от первого брака и ежемесячно дает ей крупную сумму. А жена обманывает мужа, отдавая старшей сестре свои драгоценности и уверяя супруга, что она относит их в комиссионный магазин. Подходящая питательная среда для обмана –деньги. Сколько мужей преуменьшают свои доходы! Нередко мужчины делают хорошую мину при плохой игре, уверяя женщину, что дела в бизнесе идут отлично, хотя на самом деле они на грани банкротства. А сколько женщин занижают цены купленных вещей! Честный же ответ состоит вот в чем: если люди любят друг друга и оберегают любимых, не будем их судить. Им их сердце подскажет, как лучше поступить. А если отношения фальшивые или характер человека «с душком», то ни родственники, ни бизнес тут не при чем.

Т.П.: Александр Федорович, так все-таки: в каких случаях надо бороться за правду, а в каких - смириться с тем, что у мужа или жены имеется личное пространство, вход куда нам заказан?

А.Б.: Помните, Евгений Замятин в своем романе «Мы» изобразил общество, где у людей не было абсолютно никаких тайн . В этом обществе все обо всех и о каждом было абсолютно известно. Только на предписанное время совокуплений опускались розовые занавесочки на окнах. Так вот, признаюсь, меня лично беспокоит продолжающиеся и в наше время попытки беззастенчиво примитивизировать и как бы оголить личность человека до неких контуров: менеджер среднего звена, участница «Дома-2»,успешный предприниматель, известная тусовщица…Разве человек больше не тайна? Разве,указывая на одну из ролевых функций, можно понять сущность личности? Разве подглядыванием можно постичь тайну человека? Разве все мое предназначение в жизни быть только мужем, а ваше – только женой? Мы все отлично помним, чем закончилось предъявление Львом Николаевичем Толстым личного дневника своей невесте Софье Берс. Не будем же путать женихов и невест с психоаналитиками. А мужей и жен –со священниками и психотерапевтами. Не знаю, ответил ли я на ваш вопрос или только углубил его. А уж ответ искать нам всем вместе и по отдельности.